Загрузка...

Стиль Мелании Трамп: недемократичная униформа

Стиль Мелании Трамп: недемократичная униформа - Фото 1
Fashion-аналитик Андрей Аболенкин написал про стиль Мелании Трамп. Но кому он интересен отдельно от ситуации? Получилось и про вагонный завод, и про демократизм с популизмом, про радость или неудовольствие от узнавания и про недосягаемость. Ну и про Меланию, конечно. 

 


Мода занимает все меньшее место в жизни людей. Они теперь принимают решения на эмоциях, а не благодаря фактам – такое современное положение вещей. Тут мода сыграла большую роль, десятилетиями отключала рациональность выбора. Однако одновременно из нее уходили и эмоции, вместе с художниками моды. Что же осталось? Выбор униформы, пусть и под другим именем. 


Солдат старой закалки

В ленивые январские каникулы телевизоры у половины страны выключаются только на ночь. Многие потом поделились в соцсетях неудовольствием от увиденного: в точности эти же лица они могли наблюдать лет 30 назад. К наблюдениям примешивалось недовольство тем фактом, что София Ротару явно раздобыла тот волшебный эликсир, что и героиня Мерил Стрип из фильма «Смерть ей к лицу». Активнее всего проявляли неудовольствие те, у кого эфирного ТВ вообще нет. В связи с чем авторы этих нестареющих шоу им резонно возражали: не для вас наши пляски и  шутки, мы творим для другого потребителя. Которого любые перемены раздражают.



Одновременно на экранах демонстрировали кульминационные серии другого телешоу, американских президентских выборов. Многие потом поделились в соцсетях неудовольствием от увиденного: в точности эти же образы нахрапистых инвесторов и их причесанных жен они могли наблюдать 30 лет назад. К наблюдениям примешивалось удовольствие от успеха модели из Восточной Европы, которая «выбилась в люди». Или «насосала», в зависимости от позиции автора. Активнее всего образ Мелании Трамп обсуждали те, кто далек от моды. В этом случае даже формальных возражений не требовалось: сами результаты голосования говорят о том, что консервативные образы без личной позиции созвучны ожиданиям широких масс.


Когда живешь в пародии на Версаль и производишь украшения для телемагазина, без жесткого самоконтроля не обойтись

Третье шоу января, которое попыталось примирить популизм и элитарность, наблюдали немногие. Куда больше у фотографий коллекции Vetements следующей осени было комментаторов в Интернете, ведь это самая обсуждаемая марка последних сезонов. Чаще звучало недовольство: «Разве это мода?».  Нет, не она, это зрелище совсем другого рода. Дизайнер собрал на подиуме 36 самых стереотипных образов городской толпы, образных кирпичиков, от футбольного болельщика до пенсионера, от немецкого туриста до миланской дамы в мехах. Технические решения одежды были видны только в шоу-руме, но типажи в показе узнавались мгновенно. За десять минут каждый мог увидеть, как типичное стало в моде важнее индивидуального, точность -  важнее авторского вмешательства, а сама манера одеваться превратилась в поиск униформы твоей группы.



Моде предъявили результат ее полувековой работы по привлечению новых потребителей, и она отказалась себя узнавать. За это время из изысканного увлечения для избранных дизайн одежды стал самым демократичным развлечением, доступным каждому. Про смешение массового и элитарного в современном мире написано не раз, но многие до сих пор удивляются, с чего бы это поп-культура живет по экономным законам индустрии. Вдруг оказывается, что музыка изготавливается поточным методом, ценность художников определяется аукционами, театрами управляют эффективные менеджеры, главными источниками киносценариев стали комиксы, звезды неуютно себя чувствуют в любой творческой отрасли, а мода вовсе не ставит задачи принести красоту в мир. Обращение к широкой публике принесло деньги, но серьезно подорвало художественный авторитет.


Ничего не имею против Денев, но и устоять не могу, когда ее вюиттоновская реклама так удачно монтируется с Мисс Пигги и темой разговора об услужливости

Мода и журналы потеряли право определять, как выглядеть современной женщине, уступила его массам. Из этого источника теперь сложно продавать даже вещи, не то что идеи. Недавняя президентская кампания иллюстрирует это ярче, чем показы на мировых Неделях. Самый мощный ресурс индустрии был брошен на поддержку Хиллари Клинтон. «Вог» впервые в своей истории выразил открытую поддержку одному из кандидатов. Анна Винтур, которая прочно связана с Клинтонами с 90 х, и Американский совет дизайнеров моды собирали деньги на ее кампанию, выпускали одежду и проводили показы под лозунгом Make Herstory, посвящали ей редакционные материалы (10 полос только в октябре). Почти все влиятельные американские дизайнеры высказались против Трампа, а образ его жены сравняли с землей, будто Дрезден. Без толку, мода потеряла решающий голос.

Кауие-то дружбы длятся, пока в них есть необходимость, а какие-то — прерываются без оглядки на прошлое. Это уж публика запомнила из кино про моду. Винтур была на третьей свадьбе Трампа и на многих фото молодой семьи. Но свои нескрываемые политические амбиции она связала не с ними.


Телли не в чем упрекнуть — платье он выбирал, как для себя. Но это единственный попавший мне на глаза пример, когда одета Мелания откровенно неудачно

Происходили отвратительные сцены. Стоит обсуждению коснуться женщин, оно почти сразу теряет объективность и скатывается на личности или обсуждение внешности — мужчинам такое давление и не снилось. Когда Стефано Дольче опубликовал в своем Инстаграмме фото Мелании Трамп в платье Dolce Gabbana, среди других гневных отзывов был вопрос, не стыдно ли ему наряжать Еву Браун. Умберто Леон из Kenzo и Opening Ceremony заявил, что никто не должен ее одевать, а если она покупает вашу одежду, нужно сообщить о своем несогласии. Большой резонанс получило письмо Софи Тиалле, в котором она призвала к бойкоту президентской жены, потому как та ассоциируется с дискриминацией и не соответствует ценностям индустрии. Ее поддержал Том Форд, Марк Джейкобс и многие другие. На этой волне приятель Мелании, Анри Леон Телли (он помог ей выбрать в 2005 свадебное диоровское платье в стиле «нашествие инопланетного бланманже» за 125 тысяч) сменил восторженный тон и заявил, что устал от ее старательного стиля и не хочет жить среди ужасов страны Трампов. Прямо заседание приходского совета у Диккенса.



Куда реже раздавались голоса о том, что результаты законных выборов следует уважать, так же как титул первой леди страны и ее право за собственные деньги покупать ту одежду, которая так прекрасно на ней выглядит. Во время многомиллионных женских маршей оказалось, что никто не видит в ней человека, только приспешницу расизма, сексизма и ксенофобии, ассоциируемых с ее мужем. Тут есть несомненное противоречие: уважение к человеку, лежащее в основе либеральных ценностей, не может применяться от случая к случаю, а право распоряжаться своим телом распространяется на возможность сыграть в «трофейную жену». Больше домохозяек, любящих свои оковы, делу фемизма навредили только сами феминистки: любая радикальная (оголтелая, я бы сказал) постановка вопроса не вызывает симпатии.

Однако душная атмосфера консервативного поворота, заметная во всем мире, отключает рациональные аргументы, остается только некрасивая склока.  Любые предложения Дональда Трампа участники протестов отказываются оценивать с позиции какой-то возможной выгоды — им просто невозможно выслушивать их в таком тоне и постановке вопроса, это выше любых соображений пользы. Вместо Мелании Трамп, взрослой светской женщины, одетой в соответствии со стандартами своей среды, видится только старорежимный образ, поворот назад.


Это третья картинка, которая выпала мне по запросу Upper East Side ladies

В таком образе она вполне могла бы появиться на показе Vetements, он идеально вписывается в клише – это почти униформа. Во время президентской кампании было ощущение, что жене будущего президента помогала его оформлять Джоан Коллинз (см. заходной коллаж). Это вам не советы секретарши Верочки, «живенько» тут и рядом не лежало. Прямо слышен голос Алексис Керрингтон: «Милочка, не жалейте денег на волосы. Чересчур элегантно не бывает. А с цветом пусть играют маникюрши. Белый, голубой и золотисто-бежевый никогда не сделают вас нелепой». Они и не сделали. Монохромные ансамбли в разбеленных тонах сидели на ней так, что кредитную карточку не просунуть. С наброшенным на плечи пальто она управлялось с виртуозностью Анны Винтур. При ее появлении раздавалась особого рода тишина, которая наступает сразу после выключения фена.



Такая полированность и статусные заявления кажутся очень несовременными в сравнении с предыдущей первой леди. Это если не вспоминать, что актуальность – это само по себе устаревшее понятие, а любые упреки в ее отсутствии выглядят сексизмом худшего толка. Женщины в 21 веке отвоевали право выглядеть так, как диктует выбранный ими стиль жизни, не бывает больше "правильной моды". Мишель Обама, которая теперь преподносится буквально Великой Матерью американской моды, в своих нарядах допускала большую живость. Немалая часть этой живости возникла уже после окончания юридической карьеры. Ее стилист, бывший консультант бутика из Чикаго, оба президентских срока подбирала ей очень эмоциональную одежду и часто использовала молодых американских дизайнеров. Таков был имидж правления.



Популярности паре он не принес. Жены старшего и младшего Бушей существенно опережают ее по рейтингу, а Барак Обама находится на четвертом месте среди самых непопулярных президентов за всю историю измерений. Мишель Обама, что говорить, модная, но эта позиция не дает никаких преимуществ, кроме симпатий в околомодных кругах. Вдруг оказалось, что консервативные настроения в массах так сильны, что элитам (включая модные), которые последовательно продавали свои позиции, до них просто не докричаться. За популизм теперь отвечают не вторые линии, а люди, подобные Трампу. Массы голосуют за униформенность и «стабильность» в любом проявлении, а Мелания Трамп (или София Ротару, неважно) для них – идеальный образец. В России этот разлом известен не только по новогодним телешоу, но и под условным именем «Уралвагонзавод».


Мода может врать, что разница образов по-прежнему заключается в одежде, но это давно не так. Мишель Обама, Лора Буш, Хиллари Клинтон, Барбара Буш. Вы правда видите разницу?

Это та самая аудитория, за счет которой мода расширяла прибыли последние 30 лет. Для них был придуман шик рейгановской Уолл-стрит (снова обещанный им Трампом), где под именем Армани можно было продать что угодно. Для них крупнейшие дома моды превращались в фабрики по выпуску аксессуаров. Теперь в актуальные аксессуары превращается активизм, а индустрия вместо жадности пропагандирует левые идеи и страшненький трикотаж. Но их массовая публика, как верная Хатико, возвращается на ту же платформу, где ее приручили. Сколько бы ни говорила об устаревании красивости Миуччия Прада, это имя для них – просто цветные носочки в Инстраграме. В упомянутый разлом легко соскальзывают разговоры о естетсвенном теле, борьбе с глянцем и объективизацией. А красота и успех  – вот она, Мелания Трамп, во всем блеске недосягаемой укладки.

Княгина Шарлин, Карла Бруни-Саркози, Мелания Трамп. Первых превозносили за то, за что ее принято ругать. И это не единственное проявлении двойных стандартов в этой истории. Как я говорил, дело не в образе, а рациональные аргументы вообще не при чем

Недосягаемость как прием оказался довольно действенным для избирателей. Они включают телевизор и видят образ из старой шикарной жизни: молчаливая, как Гарбо, с внешностью, как у Карлы Бруни-Саркози, с одеждой, как у нынешней монакской княгини. Ну, прелесть ведь? Никакого сравнения по эффекту с платьишками H&M за 35 баксов, которые и так у них есть. И 46—48 размер Мишель Обамы тоже не делал ее ближе публике (хотя половина американских женщин носят 52 размер и больше). Что касается языка актуальной моды и других элитарных словарей, то они стали непонятными и недоходчивыми. Тут, пожалуй, самый большой отрыв от жизни. Без культуры дешифровки сама идея демократизма оказалась под сомнением по всему фронту: «выбор невежественной толпы» на одном конце спектра и «доступная дешевка» — на другом. Отношение к результатам выборов тут служит отличным примером кризиса доверия к привычным демократическим институтам.



Ко времени выхода этого номера большинство дизайнеров смягчат тон, а какой-нибудь стилист уже сделает пару снимков новой первой леди с небрежным пучком, джинсами и босыми ногами, чтобы расслабить образ. Для бывшей модели, у которой самые удачные сессии были в купальниках, это пара пустяков. Вернуть авторитет индустрии будет куда сложнее, придется заполнить разрыв между демократизмом и популизмом. Тут босыми ногами и принтами на футболках не отделаться. Похоже, придется вернуться к временам, когда авторская мода была уделом немногих. Остальные готовы довольствоваться униформой по своему вкусу.  В том числе и по вкусу новой первой леди.

Узнаете? Слева — Джеки Кеннеди в 50 е. Справа — Мелания Кнаусс в 90 е. Полагаю, ей будет приятно примерить этот образ на себя, как она уже это делала с пальто. Хорошо было модницам в 50−60 х. Никто не обвинял их в стиле WASP, демонстрации статуса, покупке европейских марок и расходах 


Оставить комментарий

Загрузка...
Loading...